Мы используем файлы cookie для того, чтобы предоставить Вам больше возможностей при использовании сайта. Продолжая просматривать этот сайт или закрывая это сообщение, вы даете согласие на использование файлов cookie.
16-я Международная выставка нефтегазового оборудования и технологий MIOGE 2019
23-26 апреля 2019 • Москва • МВЦ «Крокус Экспо»

Интервью с Павлом Николаевичем Завальным

новость
Павел Завальный: «Стратегическое партнёрство повышает геополитическую безопасность - кто торгует, тот не воюет».
Интервью с депутатом Государственной Думы РФ, председателем Комитета ГД по энергетике Павлом Николаевичем Завальным.

124.jpgСегодня от развития российской нефтегазовой промышленности и проектов, которые реализуются российскими компаниями совместно с многочисленными партнёрами, без преувеличения, зависит мировая энергетическая безопасность. Какие изменения происходят в отрасли сегодня, как оценивают перспективы развития представители законодательной власти – на эти и другие темы корреспондент портала Neftegaz.Ru побеседовал с депутатом Государственной Думы РФ, председателем Комитета ГД по энергетике Павлом Николаевичем Завальным.

NG: В конце декабря 2016 года Президент России В.В.Путин дал старт поставкам газа на Крымский полуостров по новому магистральному газопроводу Краснодарский край – Крым, 18 января 2017 года запустил работу газопровода Бованенково – Ухта-2, нефтепроводов Заполярье – Пурпе и Куюмба – Тайшет. В январе Госдума ратифицировала подписанное главами государств соглашение по проекту "Турецкий поток". О чем говорит такое количество проектов? Как они меняют  карту нефтегазовой отрасли России и мира?

П.З.: Все эти проекты говорят о том, что отрасль динамично развивается несмотря ни на какие трудности. Развитие её идёт в целом в рамках пока ещё действующей Энергостратегии 2030. Но эта стратегия уже теряет актуальность - по некоторым целевым показателям мы её выполнили и даже перевыполнили. К тому же,  экономическая ситуация и в мире, и в нашей стране  быстро меняется. Соответственно, меняются ситуация и задачи  ТЭК. Сегодня уже подготовлен проект Энергостратегии 2035, где определены основные приоритеты развития отрасли на ближайшие 20 лет. Проекты, которые сейчас реализуются, по своей сути реализуются уже в рамках этой, пока не утвержденной официально,  Стратегии.

Обеспечение энергобезопасности Крыма – важнейший проект. Вы знаете, что раньше Крым обеспечивался энергией с материка, с территории Украины поставлялись тысячи мегаватт мощности, а сегодня оттуда не поставляется ничего. Поэтому проблему энергобезопасности Крыма Россия должна была срочно решить – ускоренно развивать там электроэнергетику, как мобильную передвижную электроэнергетику, так и стационарные электростанции, они сейчас строятся. Кроме этого, построен энергомост на 800 МВТ мощности, газопровод.  Сегодня в Крыму есть собственная газодобыча порядка 1,8 млрд. кубометров в год, а потребность составляет уже более 2,2 млрд кубометров в год. Этот газопровод будет обеспечивать  не только  текущую потребность в газе, но и перспективные потребности, включая газификацию населенных пунктов и газоснабжение, как для будущей промышленности, так и для будущей энергетики. Планируемое потребление составит порядка 4 млрд. кубометров газа в год. Таким образом, в ближайшее время будет обеспечен  необходимый уровень энергобезопасности Крыма.

Если говорить о строительстве газопровода Бованенково – Ухта-2, то это уже второй газопровод с полуострова Ямал. Бованенковское месторождение находится в стадии разработки, там уже построено три промысла. Проектная производительность этого месторождения - 115 млрд. кубометров газа. Два газопровода обеспечивают вывод газа в объёме 67,5 млрд. м3 в год. Это достигнутая добыча газа на месторождении Бованенково на данный момент.

По сути, на полуострове Ямал формируется новый регион газодобычи. На территории Надым-Пур-Тазовского района практически все месторождения находятся в состоянии падающей добычи. Задачи нового газопромыслового района  – не только обеспечить текущий объём спроса на внутреннем рынке – он в последние годы практически не растёт, но и экспортные поставки газа в Европу. Именно полуостров Ямал - ресурсная база для поставки газа в Европу по газопроводу «северный Поток 2».

Проводится работа и по диверсификации экспорта. Существует перспективный рост спроса на  углеводороды (нефть и газ) со стороны стран Азиатско-Тихоокеанского региона, поэтому мы создаём добычную базу в Восточной Сибири, разрабатывая  Ковыкту и Чаянду, шельф Сахалина,  под поставки трубного газа в Китай и другие страны АТР.
Ещё одно направление диверсификации -  расширение проектов СПГ. На Дальнем Востоке, где сегодня действует единственный в стране завод СПГ,  проекте Сахалин-2, речь идет о расширении его производительности до 15 млн тонн в год.  Планируется реализация проекта «Дальневосточный СПГ», который «Роснефть» планирует построить  со своими партнёрами с целью монетизации добываемого газа по проекту Сахалин-1. Инвестиционные решения по этим проектам должны приниматься в ближайшее время.

Активно идет реализация  проекта Ямал-СПГ.  Другого способа  эффективной монетизации газа в этом регионе, кроме как превратить его в СПГ и доставить до потребителя на мировой рынок, по большому счету, нет.

Если говорить про «Турецкий поток», то первая ветка – это удовлетворение спроса со стороны Турции, где сегодня общее потребление газа из России составляет 26 млрд м3 в год, а вторая и последующие нитки  – на  обеспечение спроса на газ со стороны Восточной, Южной и Центральной Европы. Это будет надёжный канал поставок в рамках действующих ранее заключенных контрактов, который позволит не зависеть от Украины, обеспечивать потребности в газе наших Европейских партнеров.

NG: Энергодиалог Россия - ЕС в течение многих лет был одной из важнейших составляющих партнерских взаимоотношений между нами. Сегодня он практически заморожен, хотя все говорят о том, что его возобновление может сыграть важную роль в улучшении наших отношений в целом.  Как Вы оцениваете роль крупнейших нефтегазовых выставок и конгрессов в области восстановления доверия и возврата к стратегическому партнерству в сфере энергетики?

П.З.: Действительно, энергодиалог, сотрудничество в области энергетики – одна из опорных конструкций поддержания конструктивных отношений между Россией и Европой, заложенных еще во времена холодной войны и доказавших свою эффективность. Сегодня официальный энергодиалог на политическом уровне  заморожен, но мы стараемся поддерживать контакты с  европейскими партнерами всеми возможными средствами,  видим  и ценим такие же старания с их стороны. Мы используем западные площадки, крупные международные конференции, где уважают русский язык и готовы к конструктивному диалогу, для разъяснения российской позиции,  снятия напряжённости в вопросах энергоснабжения и энергобезопасности.

Также мы создаем и свои площадки. В июне этого года в Берлине Российское газовое общество, президентом которого я являюсь, будет проводить уже 15-ю по счёту Международную конференцию, посвящённую перспективе энергетического диалога, российско-европейского сотрудничества в газовой сфере. 
Форумы, которые проводятся на территории  России, также очень важны для расширения диалога – мы приглашаем представителей бизнеса, отраслевые ассоциации, международных и российских партнёров, чтобы обменяться мнениями, выработать какие-то решения по проблемным вопросам.

Из проходящих в России деловых мероприятий Российский нефтегазовый конгресс является одним из ведущих. Это форум, на котором собирается большое количество участников – более двух тысяч, это очень большая цифра. Мероприятие обеспечивает  высокий уровень участия – начиная от министров и руководителей крупных компаний, как российских, так и зарубежных. По сути, RPGC является  глобальным форумом с точки зрения обсуждаемых вопросов, принимаемых решений и резолюций, и с  точки зрения контактов между бизнесом и государством.

NG: Давайте немного поговорим об импортозамещении в нефтегазовой отрасли и локализации производства. Так, например, специалисты холдинга СИБУР по итогам анализа сделали вывод, что от 20 до 60% процентов необходимого импортируемого промышленного оборудования для отрасли попросту невозможно заместить оборудованием российского производства. Кроме того, речь о полном импортозамещении сейчас не идёт - с точки зрения экономики это не самая лучшая стратегия развития, поскольку это ведет к закрытию границ и рынков. Развитие экономики происходит, когда есть взаимная интегрированность и конкуренция.  Каково Ваше мнение?

П.З.: Импортозамещение – актуальная тема, особенно в нефтяной отрасли, и в меньшей степени,  в газовой, поскольку здесь зависимость от импорта низкая, меньше 5%. Больше всего зависимость от импорта наблюдается в нефтедобыче,  нефтепереработке и нефтегазохимии,  около 40%, а также в части оборудовании для производства СПГ.  Мы исторически в этом вопросе отставали, в последние десятилетия не ставилось задачи  создания собственной индустрии для глубокой переработки углеводородов, производства необходимого оборудования на территории страны. Углеводороды  экспортировались, компании получали валютную выручку и  необходимое оборудование, техника и технологии закупались у иностранных партнеров. Это был взаимовыгодный обмен . Однако сегодня в условиях западных санкций это стало невозможно . Кроме того, гораздо выгоднее создавать собственное оборудование и технологии, производить конечный продукт, а не только продавать  нефть и газ в сыром виде. Чем больше производится оборудования и перерабатывается сырья на территории страны, тем эффективнее работает экономика, создаётся добавленная стоимость, тем больше рабочих мест, и больше налогов остается в стране. Увеличивается продуктовая диверсификация экспорта, в этот процесс вовлекается больше стран-участниц, поскольку трубный газ можно только через трубопровод подавать на экспорт, а продукты переработки, например, полимеры – везти и кораблем, и на машине, и по железной дороге, и самолетом, и получать от этого максимальную выгоду.

Теперь приходится догонять в развитии этих отраслей,  а из-за санкций – в ускоренном режиме нарабатывать свою технику и технологии. Работа идёт, многие вопросы уже решены или решаются. Пройдёт не так много времени, и мы освоим необходимые технологии, у нас для этого есть в стране и человеческий потенциал, и научный, и производственный, а  сегодня еще и  высокий уровень мотивации – санкции, попытка «сдержать» нашу промышленность. Нас на самом деле очень хорошо мотивировали. Но я говорю нашим западным коллегам, то что не убивает,  делает нас сильнее. Они соглашаются.  Чем дольше будут продолжаться санкции, тем больше мы успеем сделать.

Очень хороший пример – наше сельское хозяйство. Рост производства за последний годы составил 4%. В итоге к 2020 году полностью обеспечим себя продовольствием и решим важнейшую для страны проблему продовольственной безопасности.

NG: Может ли помочь нам в стратегическом плане пример Китая, у которого до недавнего времени не существовало техники и технологии для нефтегазового комплекса, и который преодолел зависимость от импорта посредством локализации на своей территории производств международных компаний?

П.З.: Надо сказать, что развитие китайской нефтегазовой промышленности обусловлено общей стратегией развития страны. Китай действовал по двум направлениям: либо создавались условия для импорта технологий –плюс дешёвая рабочая сила, благоприятные условия, налоговые преференции, либо технологии и оборудование просто копировали –  разбирали готовое на винтики и создавали свой продукт, по качеству хуже, но более дешёвый по цене.
Нам китайский опыт не совсем подходит, мы можем сами разрабатывать технологии,  привлекать инвесторов и локализовывать производство, сами  производить.

NG: Что более перспективно – работать самостоятельно или в партнёрстве?

П.З.: Мы бы хотели, чтобы производство необходимого оборудования, использования технологий, реализация проектов и  по добыче, и по глубокой переработке углеводородов реализовывались совместно с нашими западными и восточными партнёрами, с основными потребителями этой продукции.Задача номер один – обеспечить страну, задача номер два, учитывая, что у нас есть ресурсы и сырье – перерабатывать и поставлять конечный продукт на мировые рынки. И мы готовы это делать, как я уже сказал,  совместно с нашими иностранными партнёрами – инвестировать в производство, обмениваться технологиями, строить заводы с разным уровнем локализации, но не менее 50%.

Всем приходящих на российский рынок мы предлагаем долгосрочное стратегическое партнёрство,  с тем, чтобы совместно разрабатывать месторождения и участвовать в цепочке создания стоимости конечного продукта. Это повышает безопасность не только энергетическую, но и геополитическую – кто торгует, тот не воюет.